Ледокол, подлодка, мины, Или Каково быть художником в Морском музее

Роман Маткевич – художник, а также помощник менеджера по культурным связям, который много лет трудится в Морском музее. Он один из тех, благодаря кому мы можем сегодня созерцать многие экспонаты Морского музея. Толстая Маргарита пока на реконструкции, ну а Лётная гавань продолжает развиваться и предлагает разнообразную программу для всех желающих.

Все с чего-то начинают. Какие тропы привели тебя в Морской музей?

Совершенно неслучайно все случилось. Я долгое время безуспешно пытался найти информацию о своих предках, которые служили на царском флоте. Увлекался яхтами, но это для практики. Потом случилась армия и ВМФ, где я понял, что там точно искать нечего. А вернувшись из армии благодаря одному специалисту попал в Морской музей и практически сразу стал готовить выставку. 

Выставка была посвящена Моонзунду, вернее семидесятилетию последнего сражения Первой мировой войны на Балтике, где сошлись российский флот (тогда уже не царский, а Временного правительства) и германские корабли. Дело с выставкой было в 1987 году. На дворе еще перестройка, большая общая страна. Хотя тема Моонзунда тогда не была чем-то закрытым, и публикации, раскрывавшие правду о том сражении, уже печатали в прессе, даже фильм вышел, но определенный диссонанс присутствовал. Выходишь вечером после работы из музея, собирал материалы по белым офицерам российского флота, а на улице — демонстранты, флаги, транспаранты, ведь всё это совпало с семидесятилетием Октября. 

В 88-м году мы привели из города Ломоносова наш ледокол «Суур Тылл». Если бы наш музей не захотел его забирать, то, скорее всего, корабль отправили бы на лом. Самостоятельно он уже не ходил, его использовали как отопитель. Если помните, на Балтийском вокзале много время стоял и «парил» паровоз. Этот пар шел в прачечную неподалеку. Такие «паровики» были очень удобны: топливо недорогое, работоспособность отличная. Главное запустить его, а потом просто поддерживать в работающем состоянии. Вот и «Сурр Тылл» (тогда он назывался «Волынец») таскали по разным стройкам, где он вырабатывал пар. 

И с какими видами деятельности приходится знакомиться при подготовке выставок?

Да с самыми разными! Вот недавно открыли выставку о деятельности британской эскадры на Балтике сто лет назад. У нас были только координаты. Их нужно было расшифровать и «всего-то» нанести на карту. Пришлось найти карты, все нанести и потом перевести в электронный вид.

С минами тоже весело было. Когда проходила инвентаризация всего того, что осталось после ухода советских войск с островов Пакри, то сотрудники Морского музея прибыли туда раньше сапёров. Много всякого оружия было брошено и в Лётной гавани, и на Астангу, и на Пальяссааре, и на Найссааре. Всё, что можно было, собрали и выставили в музее. И когда специалисты приезжают, то спрашивают, мол откуда у вас «это»?

Почему?

Ну некоторым экспонатам пока рановато еще в музей. Некоторые вещи еще до сих пор на вооружении. Израильские офицеры приезжали и радовались знакомым вещам, которые прекрасно помнят благодаря противоборствующей стороне.

Если сравнивать Морской музей и конкретно Лётную гавань с европейскими морскими музеями, насколько гордость оживает в твоём сердце?

И рад, и горд! Толстая Маргарита, конечно, очень крутое и хорошее место, но наша экспозиция туда ну никак не могла поместиться. Корабли стояли по разным гаваням, что тоже не шло на пользу ни музею, ни посетителям. Чуть проще было с подводной лодкой «Лембит». Народ привык, что она с 1985 года стояла в Пирита. Когда мы ушли из Пирита, то встала огромная проблема — куда деть подлодку. И тут нам достались ангары Лётной гавани. Это было уже второе помещение, куда я врисовывал «Лембит». Первое находилось в Пирита, на территории, где раньше был 36-й завод. Выходила одна линия с Толстой Маргаритой. Там был цех с красной стеной, если кто помнит, вот туда и планировали ее поставить, но получилось всё гораздо лучше.

А как вообще пришла идея поставить подлодку под крышу?

В аналогичных музеях такое происходит постоянно. Но там в лодках прорезают дыру, чтобы все желающие могли пролезть внутрь. Я считаю, что это неправильно да и неуважительно по отношению к лодке. Вон бомбардировщики стоят в музеях, в них никто дыры не делает — понятно, что не каждый залезет. Поэтому мы сделали так, как сейчас, а благодаря современной технике и 3D-турам можно и «погулять», и «посидеть» и «потрогать» внутренности.

А по поводу места еще стоит заметить: вот у нас стоит остов деревянного судна, самый древний из найденных. Но недавно обнаружили еще один остов. В Кадриорге строили дома и в песке нашли.

Как он туда попал?

Либо море принесло и судно опустилось в песок, либо море просто ушло и случилось то же самое. Никакой мистики! Его же не в лесу нашли или на горе…

На горе — это другая история! И что сейчас с остовом — увезли, спрятали?

Да, нас все уже спрашивают что да как. На самом деле всё в порядке: остов обработали, сделали все операции по консервации и выставим мы его в отдельном зале Толстой Маргариты вместе со всеми предметами, которые нашли. Дело в том, что там почти нетронутая камбузная часть сохранилась.

Сразу вспоминается история со шведским судном «Ваза». Это ж как в лотерею выиграть, наверное, — получить целое судно!

Ну шведы вообще молодцы в этом вопросе. Они знали это судно, они за ним следили. Сразу после того, как оно утонуло, с него сняли всё вооружение и дальше оно представляло собой интерес как археологический объект. Интересно, что когда зашла речь о превращении судна в музейный экспонат, большая часть его историков уже покинуло наш мир. Но преемники провели гигантскую работу по консервации дерева и до сих пор её проводят — это не так просто поддерживать дерево в должном состоянии десятилетия. 

А вообще, «Титаник» и «Ваза» — наверное, самые неудачные суда в истории. Но и самые знаменитые при этом. Этот несчастный корабль «Ваза» имел смещение по балансу из-за неправильно распределенного вооружения, его спустили на воду, дунул ветер и судно просто завалилось на бок. Там тоже люди погибли, кстати. Не так, конечно, как на «Титанике», но тем не менее.

А если говорить о наших восточных соседях? Питер недалеко. И море то же…

В Питере, конечно, надо смотреть Военно-морской музей. Раньше у них было только место в здании Биржи. Но теперь они расширяются и то, что было выставлено раньше, — малая часть по сравнении с запасниками. «Аврору» надо посмотреть.

Вот у меня странные ощущения от «Авроры». Не корабль, а аттракцион…

Ну так и есть по сути. Её даже называют «макетом один-в-один». Там большая часть корпуса была заменена, да и многие вещи тоже. Если хочется больше корабля, тогда имеет смысл заглянуть на ледокол «Красин». Там и этого самого «корабля» больше, и деталей много оригинальных, да и команда там больше. Ну а историческое значение у него тоже ого-го! «Красин» на пару лет моложе нашего «Суур Тылла», но зато успел и папаницев спасти, и много работы по Финскому заливу переделать. Кому интересно, посмотрите фильм «Красная Палатка».

А из новоделов стоит отметить недавно отстроенный корабль, вернее, копию линейного корабля петровских времен флагман «Полтава». Спонсором «мероприятия» был Газпром, который потом сообщил, что запустить ракету в космос было бы гораздо дешевле. Корабль строился по чертежам тех времен. Специальную древесину собирали по всей России, столяры и плотники съехались со всей страны. Что интересно, на «Полтаве» нет двигателя, как это принято сейчас во всём мире, если речь идёт о копиях. Нет! Это судно ходит под парусами, а еще у него пушки стреляют настоящими ядрами. В общем, очень интересный проект и возможность увидеть, как это было «в те годы». Я надеюсь, что этот корабль придет в Таллинн. Ну и Лётная гавань будет лучшим местом для швартовки.

бг

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *